Джуди Бари — Революционная экология

judy_bari_smallБудем продолжать блокировать бульдозеры и обнимать деревья. И не будем сводить глаз с глобальных корпораций – наших главных противников. Будем расширять контекст наших действий.  Будем привлекать всех к практическому развитию революционной экологии.

Перед тем как впервые услышать об организации Earth First!  (Земля прежде всего!), я уже много лет была социальной активисткой.  Для меня  было удивительно, что тогда, в 1980-х, эта радикальная организация не придавала большого значения социальным аспектам экологического  кризиса.  С другой стороны, городское движение за социальную справедливость не желало признавать важность экологических выступлений, часто называя их одним выражением «экологический расизм».  Однако для того, чтобы эффективно противодействовать обоим кризисам, нам следует тесно связать их между собой.

С самого начала следует признать: современная социальная практика угрожает продолжению самой жизни на Земле и поэтому должна быть изменена. Для этого нам необходима революционная экология, которая охватит и социальные и биологические проблемы, и классовую борьбу, и понимание той роли, которую играет глобальный корпоративный капитализм в притеснении народов и разрушении природы.

Я считаю, что у нас есть такая теория. Она называется глубинная экология, и лежит она в самом основании радикального экологического движения.  Проблема в том, что на ранних стадиях глубинная экология ошибочно ассоциировалась с правыми теориями, такими  как закрытие границ, принятие СПИДА в качестве регуляции роста населения, и поддержку голода в Эфиопии. Это привело к тому, что от нее отвернулись социальные экологи.  И я считаю, что они здорово замутили воду в нашем движении, затруднив нахождение для него общей и ясно выраженной философской основы.   

Поэтому в данной статье я попытаюсь с позиции неисправимого левого активиста объяснить, почему на мой взгляд глубинная экология представляет собой революционное мировоззрение. Я не называю свои идеи «абсолютной истиной»; более того, они не представляют собой законченный процесс. Это всего лишь мои некоторые идеи, которые, надеюсь, приведут к широкому обсуждению и дальнейшему  развитию.

Биоцентризм

Глубинная экология, или биоцентризм, — это убежденность в том, что природа не принадлежит человеку.  Напротив, люди являются частью природы, лишь одним  из ее звеньев. Все виды имеют одинаковые права на существование, вне зависимости от той пользы, которую они представляют для человека. И биоразнообразие имеет самостоятельную ценность, одинаково важную для человеческой и нечеловеческой жизни. 

Эти принципы, я думаю, выходят за рамки любой политической теории. Биоцентризм – это закон природы, существующий независимо от того, признают его люди или нет. Для природы не важно — антропоцентристы мы или нет. Она по прежнему работает биоцентрически. И ошибка современного общества в том, что это не признается. Именно попытки подчинить природу человеческим целям поставили нас на край гибели, разрушив все системы жизнеобеспечения. Биоцентризм – не новая теория, и не изобретение Дэйва Формана  или Арне Нейсса. Это древняя мудрость, выражаемая  словами вождя Сиэттла: «Земля не принадлежит нам. Мы принадлежим Земле.»  Но в сегодняшнем контексте индустриального общества, биоцентризм чрезвычайно революционен, т.к. бросает вызов самой основе системы.

Биоцентризм противостоит капитализму

Капиталистическая система находится в прямом противоречии с естественными законами биоцентризма. Капитализм, прежде всего, основывается на принципе частной собственности -«присвоении» Земли для целей эксплуатации и извлечения прибыли. На ранних этапах капиталисты даже верили в то, что они могут присвоить себе других людей. Но так же как рабство сегодня дискредитировано в обществе, так и возможность присвоения Земли рано или поздно будет отвергнута.

Как может корпоративный рейдер Чарльз Гурвиц заявлять о «владении»  2000-летними секвойями в лесу Headwaters Forest только потому, что он подписал несколько бумаг, позволяющих ему обменять их на бросовые облигации?  Это абсурд.  Гурвиц – всего лишь  миг в жизни этих древних деревьев.  Хотя он в состоянии их разрушить, у него нет такого права.

Одно из самых мощных оружий у американских защитников природы – это Акт о защите вымирающих видов (который сам требует защиты). Этот акт и другие законы, которые признают такие общественные ценности как чистый воздух, чистую воду и защиту вымирающих видов, свидетельствуют о том, что законы частной собственности не согласуются с законами природы.  Вы не можете делать все, что вам заблагорассудится на вашей частной территории без того, чтобы не влиять на окружающих, поскольку все на Земле взаимозависимо, и природа не признает человеческих границ.

Капитализм противостоит биоцентризму вокруг самого понятия «прибыль».  Прибыль означает получать больше, чем вкладывать. Ясно, что это противоречит процессу обновления в природе,  который зависит от баланса между приходом и расходом.  Но еще важнее то, откуда берется эта прибыль. 

Согласно марксистской теории, прибыль крадется у рабочих, когда капиталист платит им меньше стоимости произведенного продукта.  Та часть стоимости продукта, которую присваивает себе капиталист, называется «прибавочной стоимостью».  Величина прибавочной стоимости колеблется в зависимости от степени организации рабочих и от привилегий, которыми пользуются рабочие.  Но в условиях капитализма рабочий класс никогда не получает вознаграждение, равного полной стоимости своего труда, поскольку именно прибавочная стоимость является условием существования класса капиталистов.

Хотя в целом я согласна с таким анализом, думаю, что пропущена одна важная вещь. Я считаю, что стоимость продукта определяется не только затраченным на него трудом, но и  затраченными природными ресурсами. И я считаю, что добавочная стоимость (т.е. прибыль) крадется не только у рабочих, но и у самой Земли. Вырубка леса – самый яркий пример такой кражи. Если бы производство и потребление находились исключительно в рамках природных циклов плодородия, тогда используемые ресурсы были бы действительно неисчерпаемы. Но это невозможно в условиях капитализма, т.к. класс капиталистов существует благодаря извлечению прибыли — не только у рабочих, но и Земли.

Современные корпорации – наихудшие проявления этой болезни. Небольшой бизнес может жить за счет прибыли, так как, по крайней мере, его цель — обеспечить выживание человеческих существ. Но у корпорации нет никакой морали и  другой цели, нежели  увеличение прибыли. И сегодняшние глобальные корпорации находятся вне всякого контроля со стороны общества или государства. Фактически правительства находятся в услужении корпораций,  их армии чиновников защищают прибыли корпораций по всему миру, а их тайная полиция всячески препятствует любой оппозиции внутри страны.

Другими словами эту систему нельзя реформировать. Она основана на разрушении Земли и эксплуатации людей. Нет такого понятия как «зеленый капитализм,» и маркетинг экзотических продуктов тропического леса не спасет экосистему от увечий, нанесенных капитализмом. Вот почему я считаю, что серьезные экологи должны стать революционерами.

Биоцентризм противостоит коммунизму

Как вы, наверное, знаете, моим бэкграундом в революционной теории служит марксизм –  источник критики капитализма. Но марксизм не дает ответа на вопрос: чем лучше всего заменить капитализм.  Коммунизм, социализм и все другие левые идеологии  говорят лишь о справедливом перераспределении «прибылей», которые человечество отняло у Земли.  Ничего не говорится об отношении к Земле. Или, точнее, предполагается, что отношения останутся такими же как при капитализме – т.е. избыточное потребление, — а революция нужна лишь для того чтобы найти более эффективные и эгалитарные способы производства и распределения продуктов.

Отношение к природе как к источнику сырья и полное безразличие к ее жизненной силе позволило марксистским государствам провести индустриализацию без какой-либо, даже самой  минимальной, экологической защиты. Это привело к колоссальным несчастьям (взрыв реактора в Чернобыле, аварии на нефтяных танкерах а Арктике, вырубка сибирской тайги и др.).  Индустриализация оставила после себя такой уровень загрязнения, что в некоторых областях России и Восточной Европы даже понизился уровень рождаемости.

Маркс утверждал, что главное противоречие в индустриальном обществе – это противоречие между трудом и капиталом. Я же считаю, что экологические несчастья показывают: главное противоречие между индустриальным обществом и Землей.

Несмотря на то, что социализм не смог принять экологию в расчет,  не думаю, что он неподвластен реформам.  Один из принципов социализма гласит: «Производство самого необходимого, не для прибыли.»  Это значит, что в социализме нет встроенного противоречия, как в капитализме, и я предвижу, что у него может быть такая форма, которая не будет разрушать Землю. Но это уже не будет марксова индустриальная модель.

Экологический социализм, среди всего прочего, должен будет решить проблему централизма. Идея Маркса о большом политическом органе, занимающимся централизованным планированием,  предвосхищает (1) авторитаризм некоего рода, и (2) использование массового производства, изначально разрушительного для Земли и человеческого духа. Экологический социализм будет означать такую организацию общества, которая совместима с организацией, встречающейся в природе. И я считаю, что естественной организацией в природе есть биорегионализм, а не государство.

Современное индустриальное общество забирает у нас возможность общаться между собой, общаться с Землей. Это вызывает у нас глубокую тоску, которую нас учат заглушать потребительскими товарами. Но товары, выходящие за рамки самого необходимого, не могут утолить наших потребностей. Поэтому аппетит растет, и мы начинаем применять все более изощренные и дегуманизирующие способы производства товаров. Если бы рабочие действительно управляли заводами (а я говорю это как бывший рабочий), они начали бы с того, что разбили машины и придумали более человеческие способы производства. 

Биоцентризм противостоит патриархату

Патриархат – остается одним из самых глубоких и древних форм насилия в мире. Он настолько укоренился, что люди редко его называют по имени.  Вы можете сколько угодно выступать против апартеида и не вызовете никакого осуждения среди прогрессивных белых. Но попробуйте заговорить о патриархате, и на вас сразу же набросятся те же «прогрессивные». Тем не менее, в любой сколько-нибудь революционной теории вопрос о патриархате стоит очень остро. Неспособность оценить патриархат можно считать одним из серьезных недостатков марксизма.

В экофеминизме утверждается, что существует параллель между тем, как патриархальное общество относится к природе и как оно относится к женщине. Эту параллель легко заметить в таких выражениях как «девственные леса» или «обесчестить землю.» Более важно, однако то, что  в нашем обществе ценятся только «мужественные» поступки (как-то: подчинить, завоевать и т.п.), в то время как «женственные» поступки (воспитать, родить) не получают поддержки. Между тем, и женщины и мужчины обладают как мужественными, так и женственными чертами характера. Но женственность всегда получает более низкую оценку, вне зависимости от того, кто ее проявляет.  Связь между подавлением женщин и подавлением природы в особенности заметна в странах Третьего мира, где колониальные силы отнимают землю, лишая крестьян и женщин их традиционной роли – охранять лес и плодородные земли.  Женские методы возделывания земли заменяются машинным производством, которым руководят мужчины;  при этом плодородие земли разрушается. Вот почему экологическое движение в странах Третьего мира, таких как Индия, Кения и Бразилия,  часто соединяется с женским движением.

Тот, кто когда либо имел дело с Министерством лесного хозяйства или с Министерством экологии США, знает, что «наука» рассматривается как высший авторитет, используемый для оправдания эксплуатации Земли. Наука преподносится нам как нейтральная и объективная, как путь к Абсолютной Истине. Но на самом деле тип науки, который благословляет индустриальная патриархия,  далеко не нейтральный.  Она открыто провозглашается ее основателями как маскулинная система знаний, добываемая в процессе отделения природы от человека, а ее методология основана на редукционизме, т.е. на разбиении целого на части для последующего их изучения. Редукционизм ведет к невероятной узости мышления, например позволяет приходить к выводам  (и я здесь не преувеличиваю) о том, что вырубка леса с последующей высадкой одного типа деревьев – наиболее эффективный способ рекультивации леса, ибо через пять лет, число стволов на вырубленной территории «больше», чем в случае когда вырубка ведется избирательно.

Редукционистская наука действительно привела к созданию таких чудес как атомная бомба, пластиковый хлам и кремовые палочки Твинкис. Но она не привела к более глубокому пониманию мира; ведь природу нельзя изучать по частям —  части взаимозависимы. Как заметила экофеминистка-философ Вандана Шива, редукционистская наука дала нам антибиотики и удобрения; первые привели к появлению супербактерий,  вторые —  к обеднению почвы.

Вместо маскулинной науки разделения и доминирования, экофеминистки ищут пути для  природной науки. Природа для них холистична и взаимозависима, а судьбы людей и  природы -нераздельны.  Вместо того, чтобы завоевывать или подчинять, экофеминистская наука стремиться согласовать жизненный процесс с циклами плодородия, укрепляя их нашим участием, но не прерывая и не разрушая их. 

Такой экофеминистский взгляд на природу идеально совместим с биоцентризмом. Поэтому биоцентристы не принимают маскулинную систему знаний, лежащую в основе разрушения Земли.

Экофеминизм не пытается властвовать над мужчинами. Он намерен лишь восстановить баланс,  существующий в природе.  Разумеется, в нашей перекошенной культуре, достижение такого баланса не может произойти без значительного роста феминизма – как на индивидуальном уровне, так и в целом среди мужчин и женщин. Но без такого баланса, общество не в состоянии добиться изменений, необходимых для выживания.

Что  значит биоцентризм для Движения

Тот факт, что глубинная экология представляет собой революционную философию – одна из причин, почему  Earth First! попала под прицел ФБР.  Мы же недооценивали ее революционность и были захвачены врасплох. Не только Earth First!, но и все экологическое движение должно выработать тактику для приведения общества к равновесию с природой.  Один из способов – расширить нашу работу. Конечно, священные места должны сохраняться, и приоритетом  должно быть сохранение дикой природы.  Но ограничить наше движение только «дикостью,» как это делала организация Earth First! в 1980-х, значит обречь себя на поражение. Нельзя серьезно рассматривать восстановление дикой природы без решения проблем общества, которое ее разрушает. Пришло время (и я имею в виду не только Earth First!), когда экологи не должны стоять в стороне от движения за социальную справедливость. Та же сила, которая занята добыванием ресурсов в сельской местности, проявляет себя как расизм и капитализм в городах. Экологическое движение должно признать, что наш фронт широк, а наша история – это история сопротивления.

Движение за революционную экологию должно найти поддержку среди обедневших слоев населения и среди рабочего класса. За исключением движений против загрязнения  среды и исконных прав на землю, большинство активистов-зеленых – это белые американцы из привилегированных классов.  Данная группа слишком слилась с системой и не представляет для нее большой опасности. Революционная идеология в ее руках может вызвать значительные нарушения и перемены в системе. Но революционная идеология в руках рабочего класса приведет систему к полной остановке. Потому как именно рабочие имеют доступ к машинам. И только остановив машину разрушения, они могут остановить безумие. Как могло случиться, что у нас были движения, озабоченные захоронением токсических отходов, но не было ни одного рабочего движения за отмену токсического производства? Только, когда рабочие откажутся от вредного производства, только когда лесозаготовщики откажутся вырубать древние леса, мы сможем надеяться на реальные и существенные перемены. Эту систему не остановить силой. Она могущественна и безжалостна. Единственный путь, который я вижу – это активный и массовый отказ от сотрудничества с ней.

Поэтому будем продолжать блокировать бульдозеры и обнимать деревья. И не будем сводить глаз с глобальных корпораций – наших главных противников. Будем расширять контекст наших действий.  Будем привлекать всех к практическому развитию революционной экологии.

________________________________________

Данная статья написана в начале 1995 г.. Впервые она появилась в журнале Alarm.

Вебсайт, посвященный Джуди Бари http://www.judibari.org .

В 1990 г. на Джуди Бари было совершено покушение со стороны ФБР, но она чудом осталась жива.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s